Switch to english
8 (800) 23-444-99
бесплатно по России
MY FESCO
Авторизация
Неверно заполнен логин
Пожалуйста, укажите свой логин
Неверный пароль
Введите пароль
MY FESCO
Авторизация
Неверно заполнен логин
Пожалуйста, укажите свой логин
Неверный пароль
Введите пароль
Публикации за период
.
СМИ о компании

Никогда ни о чем не жалеть

26 Апреля 2006
Владелец «Промышленных инвесторов» Сергей Генералов установил свои принципы бизнеса.

Заработанный на торговле акциями ЮКОСа капитал бывший топ-менеджер этой компании, бывший министр и бывший депутат Сергей Генералов сначала вкладывал в консервативные отрасли экономики — производство водки, морские перевозки, добычу угля. Но в последние два года Генералов, сосредоточившийся исключительно на инвестиционной деятельности в своей группе «Промышленные инвесторы», увлекся инновационными проектами — услуги авиатакси, солнечная энергия, биотехнологии. Основные активы группы — ДВМП и «Русский алкоголь» — Генералов готовит к выводу на западные фондовые биржи. О своих инвестиционных принципах он рассказал в интервью «Ведомостям».

— Как сейчас выглядит структура «Промышленных инвесторов»?

— Единого холдинга с общими акционерами в принципе не существует. «Промышленные инвесторы» — это группа компаний. Хотя существует и компания «Промышленные инвесторы», которая является управляющей для ряда наших проектов. У каждого из проектов — в транспорте, алкоголе, машиностроении — существует свой набор акционеров. Объединяет их лишь одно — это мое личное участие в размере не менее 50% плюс 1 акция.

— Но кто ваши партнеры в каждом из проектов?

— К сожалению, я не могу их назвать. Перед самым интервью я специально всех обзвонил и не получил согласия на это. Перед IPO компаний или вторичным размещением, как в случае с Дальневосточным морским пароходством (ДВМП), мы их обязательно раскроем. Хотя мой партнер в проекте Dexter, например, и так прекрасно известен. У нас в этой компании изначально было 75% минус 1 акция, у группы «Каскол» Сергея Недорослева — 25% плюс 1 акция. В ближайшее время он воспользуется своим опционом и увеличит собственный пакет до 50% минус 1 акция.

— Кто является бенефициаром управляющей компании «Промышленные инвесторы»?

— Бенефициаром являюсь я и будут являться ключевые менеджеры, обладающие опционами. Окончательно опционная программа еще не утверждена, это будет сделано в течение месяца-двух. Но, по сути, речь идет о том, что до 10 ключевых менеджеров группы должны получить акции управляющей компании в течение ближайших нескольких месяцев.

— О каком пакете идет речь?

— До 49%.

— А из чего складывается доход управляющей компании?

— Основной доход — эта плата за управление проектом. В принципе, существуют стандартные цифры для такого рода услуг. Ежегодно это от 2% до 3% от суммы инвестиций акционеров в проект. Плюс к этому — фиксированный процент от прибыли акционеров.

«Мы свои инвестиции делали интуитивно»

— «Промышленные инвесторы» всегда покупали активы по выбранной стратегии?

— Нет, не всегда. Где-то до конца 2002 г. мы свои инвестиции делали почти интуитивно.

— В их числе оказался и контрольный пакет акций ДВМП?

— Да. К тому моменту мы рассматривали возможность приобретения сразу нескольких предприятий. Проект ДВМП нам понравился больше других. Конечно, о нынешних перспективах его развития мы на тот момент не думали. Тогда мы просто увидели предприятие с теми же проблемами, которые были в конце 90-х в угольной отрасли: деньги уходили неизвестно куда, оборот был, перспективы были, а прибыли не было. Пароходство 10 лет работало с убытками. Поменяли команду менеджеров, разработали адекватную стратегию развития и начали работать. Появились и другие проекты — более или менее удачные. После этого мы почувствовали необходимость сформулировать для себя ряд стратегических принципов работы. И сейчас не делаем ничего, что не соответствовало бы этим принципам.

— Как тогда вписывается в вашу стратегию интерес к эстонским железным дорогам Eesti Raudtee?

— Интерес к этому предприятию появился в рамках стратегии развития ДВМП. Конкретную информацию приводить пока рано, поскольку еще не понятно, будет ли этот актив продан вообще. Нашим партнером в проекте является немецкая компания Transcare AG.

— В феврале «Промышленные инвесторы» выкупили на аукционе 19,8% госакций ДВМП и заявили, что-либо разместят эти акции на западной бирже, либо используют как «валюту для слияний и поглощений». О каких поглощениях идет речь?

— Наша стратегия предполагает постепенное превращение ДВМП из пароходства в интермодальную транспортную группу. Основное направление развития — контейнерные перевозки. Здесь есть три ключевых региона — Дальний Восток, Балтика и Черное море. Мы хотим осуществлять полный спектр контейнерных перевозок внутри страны и транзит между ними. Сейчас у нас есть сеть фидерных контейнерных перевозок на Дальнем Востоке, которые осуществляет ДВМП. Есть совместная с РЖД транспортная компания «Русская тройка», которая везет груз из Владивостока и Находки по Транссибирской магистрали. Теперь нам нужен выход к морским контейнерным перевозкам на Черном море и на Балтике. Только за счет строительства нового флота мы, естественно, решить эту задачу не сможем. Нам нужны портовые активы и морские контейнерные линии. Так что будут слияния, поглощения и новое строительство.

— Жертвы уже намечены?

— Не жертвы, а партнеры. С будущими партнерами, в том числе зарубежными, ведутся переговоры.

«Если что-то делаешь, то делай лучше всех»

— Насколько в итоге должно вырасти ДВМП?

— За 3–4 года стоимость ДВМП должна вырасти с сегодняшних $600 млн до $2 млрд минимум. Кроме контейнерных перевозок, естественно, будет развиваться и второе ключевое направление бизнеса ДВМП — ледокольный сервис и перевозка грузов в сложных ледовых условиях. Сейчас у нас уже есть контракты с Exxon на обслуживание платформы Orlan и ледокольное сопровождение экспорта нефти в рамках проекта «Сахалин-1». В перспективе мы рассчитываем получить контракты на ледовое обслуживание других сахалинских проектов, проектов освоения арктического шельфа, добычи нефти в Баренцевом море. Предполагаем строить ледоколы на условиях частно-государственного партнерства.

— С танкерами работать не будете?

— Нет. Один из наших базовых принципов — если что-то делаешь, то делай лучше всех, а не становись 4-5-м в российской табели о рангах и 135-м — в мировой.

— Говорят, что ДВМП и РЖД обсуждают вариант совместной покупки или строительства терминалов за счет допэмиссии «Русской тройки». Так ли это?

— Да, такие переговоры с нашим партнером ведутся.

— Почему не сложились переговоры с владельцами Национальной контейнерной компании (НКК)? Ведь после такой сделки ДВМП могло решить свою стратегическую задачу — получить долю сразу в пяти контейнерных терминалах на Балтике, Черном море и Дальнем Востоке.

— Мы свои предложения озвучивали акционерам НКК дважды — в прошлом году и в начале этого года. Но у них нет желания продавать. Я полагаю, это связано с тем, что сейчас — в условиях значительного роста грузооборота контейнеров — очень трудно правильно оценить этот бизнес, а также с тем, что часть акционеров предполагает остаться в этом бизнесе надолго.

— А Новороссийским портом вы тоже интересовались в рамках общей стратегии развития ДВМП?

— Да. Нас интересовала возможность стать его владельцами, выкупив доли всех акционеров. Но у Инвестсбербанка и «Уралсиба» было соглашение о преимущественном праве выкупа долей друг друга. Они решили его реализовать примерно на тех же условиях, которые предлагали мы.

— А вам предлагали продать ДВМП?

— Серьезных предложений не было. Только в виде шуточного разговора за бокалом вина. Компания не продается.

— У вас сейчас есть активы, которые вы хотите продать?

— Таких активов нет. Мы стремимся развивать все наши предприятия и привлекать для этого инвестиции. Планируем провести IPO «Русского алкоголя» и осуществить вторичное размещение акций ДВМП на западных биржах.

— А как же продажа «Агромашхолдинга» владельцу «Тракторных заводов» Михаилу Болотину?

— Это не продажа, а объединение активов в единый «Агромашхолдинг». Доли в этом холдинге пропорциональны стоимости активов, принадлежавших «Промышленным инвесторам» и «Тракторным заводам». Сейчас эти доли равны, но по мере присоединения других активов «Тракторных заводов» наша доля, конечно, станет меньше. По оценке и условиям присоединения новых активов переговоры еще не закончены. Конечно, есть вероятность, что если мы не договоримся, то примем решение о продаже нашей доли в «Агромашхолдинге» нашему сегодняшнему партнеру, но мы нацелены на то, чтобы договориться и развивать «Агромашхолдинг» вместе.

— Каких новых проектов нам ждать от «Промышленных инвесторов» в ближайшее время?

— Я не хотел бы о них говорить раньше времени.

— Но список перспективных отраслей существует?

— Да, это не секрет. Это секторы экономики, которые недооценены, имеют большой потенциал для роста и в которых, в принципе, возможно создание так называемого «национального чемпиона». В первую очередь это, конечно, транспорт и новые транспортные технологии. Огромные перспективы для этой отрасли дают большая территория и уникальное географическое положение России. Второе направление — современные технологии. То есть разработка и внедрение тех технологий, которые востребованы в России и за рубежом, но которые дешевле и проще реализовывать в России. Сюда можно отнести ресурсосберегающие технологии и технологии альтернативных источников энергии. Спрос на эти технологии, к сожалению, в основном за пределами России очень высок, а у нас есть сырье, относительно дешевая энергия, квалифицированные специалисты и большой научно-технический задел. Третье направление — пищевая индустрия. В первую очередь это сегмент высококачественных продуктов для здорового питания, которые пока в Россию в основном импортируются. Четвертый перспективный сектор — финансовый. Здесь тоже можно найти свою нишу, и у нас есть желание участвовать в развитии национальной финансовой системы.

— Какие конкретно сегменты на финансовом рынке вас интересуют?

— Думаю, что мы озвучим свои планы в этой области ближе к середине этого года.

— А такая модная сегодня тема, как недвижимость, вас не интересует?

— На сегодняшний день нет. Разного рода проекты рассматриваются и обсуждаются. Но могу сказать, что решения об инвестициях в недвижимость пока нет. Хотя не исключаю, что оно может быть принято. Мы понимаем, что эта отрасль может быть интересной.

«Ничего страшного в одномоторном самолете нет»

— Какие новые проекты уже запущены?

— Прежде всего проект региональных авиаперевозок Dexter, или проект авиатакси, как его все называют. Изначально эта идея принадлежала моему другу и партнеру Сергею Недорослеву (основной владелец группы «Каскол». — «Ведомости»). В 2004 г. мы начали изучать эту идею. В рамках этого проекта предстоит за 5–6 лет заново создать рынок, создать сеть маршрутов, по которым со времен развала СССР никто не летает. Окончательно мы определились к концу 2004 г., тогда идея превратилась в бизнес-план. Третья веха проекта — конец 2005 г., когда мы получили разрешение на начало полетов и зарегистрировали марку Dexter. Первый коммерческий полет с первой выручкой состоялся в марте этого года по маршруту Москва — Воронеж — Ростов — Анапа — Краснодар — Ростов — Воронеж — Москва.

— Большую выручку удалось получить?

— 440 000 руб.

— А кто летал?

— Руководство одного из крупнейших иностранных банков и их российские партнеры.

— Вы будете ориентироваться на крупных корпоративных клиентов?

— Да, это существенная часть клиентов Dexter. Сейчас Dexter предоставляет клиентам возможность полета по требованию, как обычное такси. В ближайшее время начнутся перелеты между парами городов в режиме «шаттл» — аналог маршрутного такси. Затем, после существенного расширения авиапарка, будем работать и по долгосрочным корпоративным контрактам. Сейчас спрос на услуги превышает возможности авиапарка, поэтому пока мы даже приостановили его рекламу. Но думаю, что к лету увеличение числа самолетов потребует усиления рекламных коммуникаций. В долгосрочной же перспективе — по мере развития рынка — мы можем добавить к сегодняшним шестиместным М101Т и более вместительные воздушные суда.

— А вы сами на М101 летали? Многие говорят, что страшновато летать на самолете с одним двигателем.

— Конечно, летал. Для людей знающих ничего страшного в одномоторном самолете нет, скорее наоборот. Статистика подтверждает, что процент крушений современных одномоторных самолетов значительно ниже, чем у двухмоторных. И этому есть простое объяснение. Если останавливается один из двух двигателей, самолет мгновенно разворачивает. В этот момент ключевым становится человеческий фактор — умение пилота справиться с ситуацией буквально в течение нескольких секунд. А если останавливается единственный двигатель, самолет просто продолжает планировать, и пилоту хватает времени, чтобы спокойно выбрать ровную площадку и приземлиться.

— В прошлом году «Проминвесторы» предложили государству вместе заняться развитием региональных аэропортов и выделить на это деньги госинвестфонда. Что сейчас с этим предложением?

— Мы работаем над этим проектом в тесном контакте с профильными министерствами. Реально, я думаю, эта работа закончится в этом году. Соответственно, в конкурсе на получение средств из инвестфонда мы будем участвовать только в следующем году.

— О какой сумме идет речь?

— Когда бизнес-план будет составлен, тогда и будем подавать заявку на конкретную сумму.

— Как появилась идея запустить проект «Солнечная энергия»?

— Спрос на такие технологии в Западной Европе очень высок. Особенно он поражает в Германии, где темпы роста этого сектора экономики — более 40% в год. А производственных мощностей, особенно по сырью, которые бы удовлетворяли этот спрос, уже сейчас не хватает. С предложением заняться этим бизнесом к нам обратилась группа профессионалов, которые уже давно разрабатывали проекты в этой области, во главе с Антоном Даниловым-Данильяном. Совместно мы подготовили бизнес-план такого производства, и сейчас идет его конкретная привязка к регионам и конкретным производственным площадкам. Логика выбора будет следующая: главное — не доступ к сырью, потому что его относительно просто завезти, главное — доступ к дешевой энергии. Для принятия окончательного решения — что мы покупаем, куда ставим, как подключаемся — нам потребуется еще 2–3 месяца. В целом же сам проект будет состоять из трех основных частей. Первая часть — производство поликристаллического кремния, который является сырьем для производства фотоэлементов (ФЭП) и солнечных батарей. Вторая часть проекта — создание производства ФЭПов. Третья часть проекта — сбыт продукции в Европе. Скорее всего это будет покупка существующего европейского игрока, потому что именно там пока находится основной рынок.

— Когда проект должен заработать?

— На строительство двух заводов нам потребуется три года. Общие инвестиции собственных средств в первую и вторую части проекта — $55 млн. Окупаемость с момента старта — еще четыре года.

— У вас никогда не было сожалений по поводу того, что в свое время что-то не купили или что-то продали, к примеру те же угольные активы?

— Никогда. Мысли, конечно, подобные бывают: «Эх, купил бы я тогда», «Знал бы я тогда». Но я в себе выработал привычку ни о чем никогда не жалеть. А по углю, конечно, мы видели, что отрасль идет в направлении консолидации. Вопрос был в том, есть у нас, как у собственников, силы самим развивать предприятие, выдерживая конкуренцию с другими участниками рынка, или нет. Есть ли у нас ресурсы противостоять тому же МДМ? В первую очередь финансовые, конечно, во вторую — организационные. Организационные у нас были, а финансовых было явно недостаточно. Поэтому и было принято решение о продаже.

— Снова заняться политикой не планируете?

— Точно нет. В свое время я пришел из бизнеса в политику, потом — из политики в бизнес. Могу сказать, что всегда чувствовал себя в политике достаточно некомфортно. Поэтому для себя я принял решение заниматься только чем-то одним, а именно тем, что нравится. Мне нравится заниматься бизнесом.

---------------------------------------

БИОГРАФИЯ

Сергей Владимирович Генералов родился в 1963 г. в г. Симферополе. В 1986 г. окончил Московский энергетический институт (МЭИ), а в 1991 г. — аспирантуру этого института. В 1986—1988 гг. работал инженером в МЭИ. В 1991—1992 гг. — коммерческий директор научно-производственного предприятия «Фирма Тет». В 1992—1993 гг. — зампред правления Нефтяного инвестиционно-производственного банка (Нипебанк). В 1993 г. — начальник управления по работе с клиентами Промрадтехбанка. С 1993 г. работал в ЮКОСе — исполнительным директором по экономике и финансам, затем вице-президентом по финансам и ценным бумагам, старшим вице-президентом. В 1997 г. стал зампредом правления банка «Менатеп» и членом объединенного правления группы «Роспром-ЮКОС». С апреля 1998 г. по май 1999 г. — министр топлива и энергетики. В 1999 г. возглавил Центр стратегических исследований в ТЭКе. С декабря 1999 г. по декабрь 2003 г. — депутат Госдумы от Красноярского края, входил во фракцию СПС. С 2004 г. возглавляет группу «Промышленные инвесторы». В «золотой сотне» журнала Forbes занимает 96-е место с капиталом $470 млн.

О КОМПАНИИ

Группа «Промышленные инвесторы» создана в 2000 г. В ее состав входят фонд прямых инвестиций и управляющие компании. Под управлением группы находятся 82% акций ДВМП, 100% группы «Русский алкоголь», 75% «Авиа Менеджмент Груп», по 100% «Русского торфа» и «Русских биотехнологий», а также 97% ГОК «Маднеули» и 100% компании «Кварцит» в Грузии. До начала 2006 г. группа контролировала 100% акций «Агромашхолдинга». По данным «Проминвесторов», суммарная выручка всех компаний под ее управлением в 2005 г. превысила $1 млрд. Основной бенефициар группы — Сергей Генералов.

Вернуться к списку публикаций